Евгений Сивоконь: Я вообще-то не считал. Но призы есть "внутренние", украинские, и "внешние" – международные. Первый приз за этот мультфильм я получил на фестивале "Открытая ночь", там мне на дипломе написали "Учителю за реанимацию украинской анимации", а призом был цифровой фотоаппарат. Потом был приз на международном фестивале "КРОК" за лучший фильм украинской программы, аналогичный приз на фестивале "Молодость", потом Клемон-Феррар и одновременно с ним мне пришел приз с фестиваля в Италии "За лучшую режиссуру", а также диплом с фестиваля "Золотой Витязь".

Н: А почему вы обратились именно к сыпучим технологиям в анимации?

ЕС: Дело в том, что одним из двух последних перед "Засыпает снег дороги" фильмах был еще фильм "КомпромиX", и мне показалось, что это наиболее органичный материал, наиболее подходящая именно в данном случае форма. Не вообще, потому что это интересно. Вот в предыдущем фильме, когда происходит борьба между порошком черным (уголь) и порошком белым (соль), они смешиваются, – образуется серая масса и получается наиболее органично. Да, это можно было сделать и с помощью красок. Однако с помощью порошка получился самый точный визуальный образ. А фильм "Засыпает снег дороги" родился из визуального образа, когда вы идете зимой: идет снег, на асфальте появляются отпечатки-следы, их постепенно заносит снегом до светло-серого, до белого, а сверху накладывается новый слой снега… Это очень красивый графический рисунок. И также это некий образ – образ времени, который заносится снегом нашей памяти. И из этого родился сценарий, из этого родился фильм.

Н: Какие еще техники вы использовали при создании других своих работ?

ЕС: Легче спросить, чего я не использовал! Потому что я очень давно в анимации и перепробовал много всего. Занимался рисованной анимацией, целлулоидной, на бумаге. И одним из первых в Украине я пробовал сочетание живого актера в качестве графического материала и рисованной анимации. В 1975 я снял небольшой сюжет в анимационном сборнике, он назывался "Сплетницы": мы сначала сняли актеров, потом с этой пленки напечатали фотографии, отобрали наиболее характерные и снимали фотографии – только как анимацию–перекладку, лишь что-то дорисовывая. Еще я делал другие перекладки, пробовал живопись под камерой – "ожившая живопись", которую сейчас используют многие художники.

Н: С какими техниками вы бы хотели поработать в будущем?

ЕС: Я не сделал пока еще ни одного кукольного кино, и в трехмерной анимации еще не работал. И хотя я помогал в работе над подобными проектами, знаю, как и что делается, у меня просто не было идеи, которая бы потребовала такого воплощения. Немножко боязно, потому что в рисованной анимации я могу и сам все сделать, ведь опыт уже есть. А там мне придется полагаться на группу, на мастеров, которые делают кукол, на кукловодов и так далее. Мне больше нравится авторское кино, когда полностью делаешь все сам. Весь последний фильм сделал я практически один. Был только ассистент и композитор, который написал замечательную музыку.

Н: Скажите, какие аниматоры повлияли на ваше творчество?

ЕС: Наверное, многие, и не только аниматоры, но и художники, живописцы, графики. Из аниматоров очень люблю представителей Загребской школы, которая диктовала моду еще в 60-е годы, и до сих пор с удовольствием смотрю их фильмы и показываю их студентам, например "Суррогат" Душана Вукотича, который получил первый в Европе "Оскар" в 1961 году. Люблю еще "Желтую подводную лодку" Даннинга, которая стала уже классикой, фильмы Хитрука – одного из первых моих учителей, он приезжал в Киев, помогал нам. Так что в разное время на меня оказывали влияние разные фильмы, многие режиссеры.

Н: Теперь мне необходимо задать больной вопрос: в чем, по вашему мнению, причины застоя отечественной анимации?

ЕС: Да не только отечественной, а и мировой, ведь они если не одинаковые, то близкостоящие, как мне кажется.

Н: Но ведь если посмотреть со стороны, то мировая анимация развивается, а наша пока топчется на месте.

ЕС: Наша анимация не топчется на месте! Но чтобы это понять, надо посмотреть на сухие цифры и факты. Я пытался подсчитывать численность фильмов, сделанных за последние пять лет в Украине – их всего пять–шесть, но они принесли международных наград Украине примерно столько же, сколько и российская анимация России. В численном выражении это где-то около 40 наград на разных фестивалях. Но мы этого не видим.

У нас в стране сложилась парадоксальная ситуация: у нас нет в широком смысле этого слова большой художественной анимации для зрителя, а лучшие фильмы идут только на фестивали, где и получают награды. Вот мои студенты – Степа Коваль, Саша Шмогун – по несколько наград уже получили. Поэтому я не думаю, что в качественном отношении у нас застой. А вот в количественном…нет у нас такого количества фильмов, как у той же России или других стран, где в год выпускается 50–80 короткометражных фильмов и несколько полнометражных. Но в том, что касается качества, мы, конечно, стараемся держать высокую планку.

Н: В прошлых номерах журнала "Шпиль!" была новость о том, что компания Disney открывает свое большое подразделение в России, причем с многомиллионным бюджетом. Как бы вы это прокомментировали? Хотели бы вы, чтобы подобное произошло и в Украине?

ЕС: Что касается России, мне понятно, почему компания Дисней обратила свои взоры туда – потому что там квалифицированная рабочая сила. Ее много и, безусловно, она дешевле, чем в Америке. А насчет качества – российская анимационная продукция в лучших своих образцах не уступает американской анимации. То же самое происходит, в принципе, и в Украине. Есть у нас, кроме "Укранимафильма", несколько коммерческих студий, которые работают на американские, французские деньги и везут туда продукцию. Это выгодно всем – и инвесторам, и работникам, которые получают большую зарплату.

Хотел бы я, чтобы то же произошло в Украине? Наверное, да. Потому что чем больше будет разных студий, тем лучше, ведь продукции будет больше, анимация будет расширяться. При этом я не думаю, что диснеевская студия сможет поглотить украинскую анимацию – вряд ли.

Н: Компания "Дисней" в свою очередь мотивировала открытие подразделения в России тем, что мультфильм "Князь Владимир" собрал за первый уикенд в СНГ 2 миллиона, что больше, чем касса первого уикенда "Шрек-2".

ЕС: Я думаю, тут еще причина такая, как и в игровом кино. И российский, и украинский зритель соскучился, изголодался по отечественному кино и анимации в том числе. Потому что американское – это американское. Конечно, "Шрек", "Мадагаскар" – это хорошо сделанное, профессиональное кино, но американское. А вот наше… Я верю, что сегодня любой наш полнометражный анимационный фильм как минимум оправдает вложенные в него деньги. В Украине тоже начнут не сегодня завтра делать такое кино, и с коммерческой точки зрения это оправдано.

Н: Будем с нетерпением ждать этого времени! А скажите, откуда вы черпаете идеи для своих мультфильмов?

ЕС: Откуда угодно! Раньше у нас считалось, что должен быть только литературный сценарий – над ним работали сценаристы, литераторы, часто мы брали за основу сказки. А сейчас это вовсе не обязательно. Это может быть любой чисто визуальный образ, любой толчок. Скажем, музыка, стихотворение, да все что угодно! Подслушанный диалог в трамвае, рисунок, изо-шутка! Главное – чтобы художник, создающий кино, был готовым, а это послужит просто толчком. Кстати, Юрий Норштейн говорил о том, что "Ежик в тумане" родился из образа осеннего листа, гонимого ветром.

Н: Но это мастера. А какие фильмы, по вашему, должны делать молодые, новые аниматоры?

ЕС: У каждого поколения свой взгляд на окружающий мир, своя точка зрения. Они должны опираться на какие-то традиции и шагать дальше, так сказать, вытирая о нас ноги.

Н: Многие говорят, что традиция в некотором плане "убивает" молодые порывы.

ЕС: Это смотря как к ней относиться. Ведь мы тоже пришли в начале 60-х, когда было возрождение украинской анимации. Мы были молодыми революционерами, говорили "Мы сбросим Диснея с корабля истории! Он устарел! Он тормоз!", а потом прошло время, и оказалось, что сбрасывать его никуда не надо. Что Дисней был и останется классиком, надо его изучать. Такой же путь прошли и представители Загребской школы. Они по кадру просматривали диснеевские фильмы, но делали свое кино на своем прочном фундаменте. То есть из классиков нужно брать то, что нужно. Мы ведь, если говорить об изобразительном искусстве вообще, никогда не отбросим Леонардо да Винчи, Микеланджело, Ван Гога.

Н: Сейчас часто говорят, что детям больше нравится смотреть "Шрека" и подобные фильмы больше, чем старые советские мультфильмы. Ведь дети другие, новые, с новым укладом жизни.

ЕС: Для этого надо провести социологическое исследование. Часто говорят и наоборот, что они с удовольствием смотрят старую советскую анимацию. Мне кажется, что в старых картинах, таких как сериалы о Вини-Пухе, Крокодиле Гене, "Варежка", "Каникулы Бонифация", есть нечто – если не вечное, то на долгие времена. Там есть наполнение духовное, то, чего нет в современной анимации. То, что обращено к эмоциям, а не только к разуму, заставляет зрителя эмоционально реагировать. Эти мультфильмы можно просматривать множество раз, снова и снова находя для себя что-нибудь новое. "Шрек" и другие, конечно, – тоже профессиональные фильмы, но для меня лично они несколько отстраненные, холодные.

Н: Почему же отечественные телеканалы не берут в прокат нашу анимацию, а берут иностранную?

ЕС: Очень просто – дело в том, что это экономически невыгодно. Любой телевизионный канал готов купить по дешевке какой-то сериал или полнометражный анимационный фильм, чтобы он заполнял телевизионное пространство. А пять-семь минут для них ничего не решают.

Н: Почему же в Украине не делают таких выгодных телевидению сериалов?

ЕС: Я надеюсь, у нас тоже будут их делать. Сейчас уже идет разговор и о сериалах, и о полнометражных мультфильмах, коммерческих и рентабельных. А пока мы делаем наполовину авторское, наполовину коммерческое кино. Минкультуры финансирует – вот мы и делаем пяти–, семиминутные фильмы. А сделать авторское кино на полтора–два часа при небольших вложениях невозможно, нужны инвесторы.

Н: Что вы пожелаете молодым людям, которые интересуются и занимаются анимацией в Украине?

ЕС: Если они интересуются как любители, то хочется им пожелать смотреть побольше хорошей анимации. Тем более что сейчас в Киеве можно достать практически все. Хочется надеяться, что в скором времени и по телевизору можно будет смотреть качественную анимацию и программы по ее созданию.

А тем, кто создает – учиться и еще раз учиться создавать хорошие фильмы. Для этого нужно стать профессионалами, а поэтому им необходимо много смотреть качественной анимации и много работать.